Кэй Асаи

Протагонист. Живет один. Наделен ярким умом. Гибкость его мышления помогает найти выход из любой сложившейся ситуации. Главная особенность Асая в том, что, находясь в Сакураде, он обладает невероятно хорошей памятью и не может ничего забыть.

Его друг, Томоки Накано, искренне считает, что Кэй любитель лезть на рожон. Как-то в телефонном разговоре с Сэйкой обмолвился, что если бы мог переродиться, желал бы стать Богом, который не ненавидит людей и не подвергает их испытаниям. Тогда бы он обязательно раздавал бы хлеб голодным и нуждающимся, а несчастным дарил бы радость.

При записи своего имени вынужден использовать катакану, так как записанное кандзи часто становится жертвой неправильного прочтения. Брелок на телефоне Асая сперва висел на домашнем ключе. Мать Кэя прицепила его тогда, когда он у него появился, но тот выбросил ключ, прибыв в Сакураду, и оставил только безделушку, как только принял окончательное решение никогда не возвращаться домой.

В средней школе попал в один класс с Мисорой и Сумирэ. Своим близким знакомством с Харуки обязан именно Соме, которая в те времена была их старостой.

После продолжительного общения с Мисорой пришел к выводу, что в действительности ей не хватает не друзей, как ошибочно полагала Сумирэ, а чувства собственного «я». Харуки совершенно не отдавала себе отчета в том, что поводом для своей печали является она сама, и Кэй преисполнился желанием сделать из нее обычную девочку, способную плакать и смеяться так же, как все. Нашел в правилах, по которым живет девушка, общее с тремя законами робототехники. Высказался о ее длинных волосах, будто бы они своей красотой еще больше делают из нее белую ворону, чем побудил Мисору остричься. Узнав о ее способности получше, уверился, что «перезаписью» можно воспользоваться во благо, и предложил девушке работать с ним в паре, чтобы помогать людям, попавшим в беду. Также выяснил, что не подвержен потере каких-либо воспоминаний о произошедшем под влиянием «сбросов» Харуки благодаря своей особенности, которая, как оказалось, защищает его память от подобного рода воздействия.

Они с Мисорой записались в один и тот же клуб еще в средней школе и при переводе в старшую возобновили свою деятельность под надзором Бюро в его рамках, но уже с новым куратором, коим стал Шинтаро Цушима. Клуб, в котором они состоят по сей день, называется «Клубом услуг» и занимается помощью людям со сверхспособностями.

Известно, что в детстве его родителей практически никогда не бывало дома. Когда он решил от них сбежать, Кэй сел на поезд, проходящий по своему маршруту через город под названием Сакурада, и, доехав до него, остался в нем увещеваниями Колдуньи. Будучи маленьким ребенком, Кэй оказался очарован этим городом, так как считал, что окружающий мир по своей природе подчиняется очень грустным правилам. В Сакураде же все эти правила напротив не имели никакого значения. Странный феномен, которому оказались подвержены местные жители, захватил все его внимание настолько, что он, не задумываясь, пошел на сделку с местной администрацией в лице Бюро. По условиям заключенного между ними контракта Асаю запрещено покидать город, а память о его существовании была стерта у всех близких юноши и тех, с кем он был знаком до прибытия в Сакураду. После признания Харуки в конце лета, назвал ее чувства ненастоящими, а так как он искренне полагал, что они не могут быть настоящими, не смог их принять. Однако, вместе с тем, признал общее для них обоих желание стереть чужие слезы весомым поводом быть вместе. Стер этот момент из памяти Мисоры, воспользовавшись ее же способностью «сброса». По злой иронии судьбы, предотвратив признание в тот же повторившийся день, узнал о гибели Сумирэ. После случившегося зарекся менять будущее без всякой веской причины. Он думал, что его поступок имел какое-то косвенное или непосредственное влияние на произошедшее с Сомой, и его грызло чувство вины за это. Кэй больше не хотел принимать ответственность за манипуляции со способностью Харуки и избегал встреч с нею всеми возможными способами до тех пор, пока не пришел к выводу, что гибель одноклассницы все-таки могла стать нелепой случайностью, стечением независящих от его эгоистичного решения обстоятельств.